По сообщению Тасним новости, война с Ираном вызвала крупнейший шок предложения в истории нефтяной отрасли. Тем не менее даже на пике боевых действий цена нефти так и не достигла отметки в 150 долларов за баррель, которую многие аналитики прогнозировали в начале войны. Это стало возможным благодаря действиям ряда правительств.
Сразу после закрытия Ормузского пролива, в результате которого 14 млн баррелей сырой нефти в сутки оказались заблокированы в Персидском заливе, нефтяные монархии Абу-Даби и Эр-Pияда перенаправили дополнительно 5 млн баррелей в сутки по альтернативным трубопроводам в обход этого стратегического водного пути. Одновременно власти в Вашингтоне и Токио организовали беспрецедентное высвобождение 2 млн баррелей нефти в сутки из чрезвычайных резервов, а правительства стран с более низкими доходами за счёт государственных программ нормирования существенно сократили внутренний спрос.
Китай стал главным фактором, сдержавшим резкий рост цен на нефть;
Однако без решений, стратегически и тщательно спланированных в другой столице, удержать нефтяные цены под контролем было бы невозможно. Этой столицей стал Пекин. С февраля по июнь 2026 года Китай сократил импорт сырой нефти на 50%, или на 5,5 млн баррелей в сутки. По оценкам ведущих экспертов нефтяного рынка, этот шаг снизил стоимость нефти Brent более чем на 30 долларов за баррель.
Такое сокращение составляет более половины падения мирового спроса во время пандемии COVID-19, когда глобальное потребление нефти снизилось на 9 млн баррелей в сутки. При этом, в отличие от периода пандемии, когда мировая экономика погрузилась в глубокую рецессию, ВВП Китая в этот период сохранял стабильность и приемлемые темпы роста. Иными словами, сокращение китайского импорта нефти было вызвано не экономической слабостью, а стало результатом осознанной и заранее спланированной стратегии.
Китай превращается в новую ОПЕК;
Эта уникальная способность точно регулировать спрос на нефть, причём, по всей видимости, с минимальными экономическими издержками, позволяет крупнейшему в мире импортёру нефти влиять на мировые цены примерно так же, как Организация стран — экспортёров нефти (ОПЕК) и её союзники на протяжении долгого времени делали это посредством контроля над значительной частью глобальной добычи.
На фоне постепенного ослабления ОПЕК из-за выхода Объединённых Арабских Эмиратов и растущего давления на производственные мощности оставшихся арабских членов организации рыночное влияние Китая неуклонно усиливается. Как заявил один из руководителей крупной международной нефтетрейдинговой компании: «Китай превращается в новую ОПЕК».
ОПЕК теряет свою роль?
На протяжении четырёх десятилетий ОПЕК с помощью производственных квот пыталась удерживать цены на высоком уровне. В то же время страны — импортёры нефти не могут аналогичным образом ограничивать спрос для снижения цен, поскольку рынок покупателей значительно более раздроблен, чем рынок продавцов, а внутренний спрос на энергию в каждой стране формируется решениями миллионов независимых экономических субъектов.
Китай с его государственно управляемой экономической системой является исключением. В отличие от ОПЕК+, где решения требуют консенсуса и согласия между 21 страной-участницей, центральные плановые органы Пекина могут действовать быстро и в одностороннем порядке по прямому указанию одного человека — председателя КНP Си Цзиньпина.
Именно поэтому Китай способен со временем всё больше ослаблять роль ОПЕК своими односторонними действиями и влиять на нефтяной рынок в соответствии с собственными интересами.
Конец сообщения/